Главная - Право собственности - Егорову ольгу александровну из мосгорсуда поймали на взятке или нет

Егорову ольгу александровну из мосгорсуда поймали на взятке или нет


Егорову ольгу александровну поймали на взятке


Внимание Коррупционность Мосгорсуда и столичных судей в России общеизвестна, однако клан судей до сих пор остаются неприкасаемыми. Не так давно Европарламент принял резолюцию, осуждающую произвол в отечественной судебной системе.

В данном случае с европарламентариями, к сожалению, нельзя не согласиться.

Как осуществляется правосудие в московских судах, «Экспресс газете» известно не понаслышке. Сам Меликов заявлял о неоднократно поступавших в его адрес со стороны Егоровой угрозах; он был лишён статуса судьи по представлению Егоровой, в котором говорилось

«о явной сомнительности и странной мягкости целого ряда приговоров»

[34].

В отставку по желанию егоровой

Московский мировой судья судебного участка № 169 района Северное Тушино Константин Худенко безуспешно пытался убедить ВККС в угрозе со стороны председателя Мосгорсуда Ольги Егоровой. По его словам, ему пришлось под ее давлением «по собственному желанию» уйти в отставку. Через пару лет он перестал опасаться Егоровой и захотел вернуться на работу, однако в этом Высшая квалифколлегия ему отказала.

Как говорил Худенко на заседании ВККС, в 2014 году ему позвонила Егорова относительно оправдательного решения по одному из уголовных дел. Оно по каким-то причинам ей не понравилось, и Егорова предложила ему написать заявление об уходе с должности добровольно, иначе она уволит его по порочащим основаниям. Худенко добавил, что в тот момент страдал онкологическим заболеванием.

Он решил последовать совету Егоровой и попросить ККС Москвы об отставке по собственному желанию. До заседания по этому вопросу Худенко, по его словам, написал письмо Егоровой, где подробно описал мотивы оправдательного решения и просил не применять к нему мер.

Но ответа не получил. ККС Москвы отправила его в отставку в октябре 2014 года. На заседании Худенко не присутствовал.

После этого, по словам Худенко, он еще два раза обращался к Егоровой с просьбой вернуть его на работу, но ответа снова не получал. Он пробовал устроиться мировым судьей в Московской и Рязанской областях, но, как говорит экс-судья, и там получил отказ именно из-за позиции Егоровой. Худенко утверждает, что Егорова и не назначившие его люди знакомы лично.

В апреле 2016 года Худенко обратился в ККС Москвы с просьбой восстановить его в должности по вновь открывшимся обстоятельствам. Ими он посчитал свой недобровольный уход с работы.

Однако ККС отказала ему дважды.

И теперь он пожаловался в ВККС, прося восстановить его в должности мирового судьи, чтобы он хотя бы мог отработать 5-летний срок для получения судейских выплат (Худенко назначили в 2012 году). Он отметил, что решение, ставшее причиной конфликта с Егоровой, апелляционная и кассационная инстанции оставили в силе.

– Почему Егорова так к вам относится? Личная неприязнь, завышенные требования? – спросил Худенко заместитель председателя ВККС Александр Сбоев.

– Подлинные мотивы мне неизвестны, – смиренно отвечал тот. – Чего именно вы боитесь? У вас есть какие-то провинности, завалы?

– продолжил Сбоев. – Нет, боюсь лично ее.

Я с ней знаком со времен КС и наблюдал, как легко она расстается с судьями [Худенко прежде работал советником судьи в КС, но не смог поехать в Петербург, когда КС туда переехал – прим. ред.]. На вопрос, что именно стало «вновь открывшимися обстоятельствами», Худенко ответил, что это отсутствие добровольности в его решении подать в отставку. В итоге квалифколлегия решила работу Худенко не возвращать.

Главе Мосгорсуда дадут 6 лет

Данная статья отражает исключительное мнение её автора. Автор: Виктор Портнов, 2014-04-28 12:20:53 Глава Мосгосуда Ольга Егорова, входящая в топ 100 самых влиятельных женщин России, подала документы в Высшую квалификационную комиссию судей на выдвижение ее кандидатуры на пост главы столичного суда. Полномочия Егоровой на посту председателя Мосгорсуда истекают в октябре 2014 года.

В случае утверждения ее кандидатуры, правление одной из самых справедливых «железных леди» России на ниве третьей власти столицы продлится до 2020 года. Она возглавляет Мосгорсуд с 2000 года. На последний, шестилетний срок она была назначена Указом президента России 30 октября 2008 года.

Сейчас в ее формальном подчинении в Москве находятся около 400 федеральных судей, большинство из которых являются выходцами из других регионов. Высшая квалификационная коллегия судей в конце марта объявила об открытии вакансии на должность председателя Московского городского суда. В соответствии с Конституционным законом «О судах общей юрисдикции в РФ» судьи назначается на должность Президентом Российской Федерации сроком на шесть лет по представлению Председателя Верховного Суда Российской Федерации и при наличии положительного заключения Высшей квалификационной коллегии судей Российской Федерации.

При этом глава Верховного суда вносит представление президенту РФ не позднее чем за два месяца до истечения срока полномочий председателя. Сомнений в том, что Ольга Егорова сможет продолжить работу на прежнем посту ни у кого нет. Эта женщина, по праву доказавшая, что она не только отличный менеджер и руководитель, но и политик общероссийского масштаба, как говорят в столичных кругах, имеет влияние даже на самого руководителя государства, которому оказывает консультационные услуги по широкому кругу юридических вопросов, в том числе международного уровня.

Еще несколько месяцев назад обсуждался вопрос о том, что она возглавит объединенный Верховный суд РФ, однако Ольга Егорова решила не составлять конкуренцию своему старшему коллеге Вячеславу Лебедеву из уважения к его заслугам и преклонному возрасту. Напомним, что Лебедеву уже исполнилось 70 лет и, не смотря на снятие ограничений по возрасту, появление среди соперников столь сильной кандидатуры свело бы на нет его попытки избраться.

Другой причиной послужило то, что Егорова не смогла найти достойного преемника на должность главы Мосгорсуда, отвечающего всем высоким морально-нравственным принципам. Был как-то один претендент, осмелившийся соревноваться с Егоровой на прошлом переизбрании в 2008 году. Бывший заместитель Егоровой Александр Пауков, конечно, не посмел выдвинуть свою кандидатуру.

Более того, не успел он подумать об этом на фоне появившихся соответствующих слухов, как сразу же осекся: ему стало стыдно и он попросил отправить его в отставку за гордыню и себялюбие.

И правильно. Ведь Егорова — женщина сделавшая себя сама. И никакого значения не имеет, что ее ныне покойный супруг работал в аппарате у Сергея Иванова: бывшего заместителя Путина в ФСБ, в то время — секретаря Совбеза. Сама Ольга Егорова за годы работы в Мосгорсуде не только выстроила безупречную систему столичного правосудия, но и сумела выстоять против бесчисленного количества провокаций, в том числе со стороны заявителей высокого уровня, постоянно, но безуспешно пытавшихся оказать давление на решения судебной системы.
Сама Ольга Егорова за годы работы в Мосгорсуде не только выстроила безупречную систему столичного правосудия, но и сумела выстоять против бесчисленного количества провокаций, в том числе со стороны заявителей высокого уровня, постоянно, но безуспешно пытавшихся оказать давление на решения судебной системы.

Она лично просматривает все личные дела кадрового состава Мосгорсуда и лично контролирует все резонансные процессы, своевременно реагируя на попытки своих коллег принять несправедливые решения.

Егорова неоднократно говорила: «Все прекрасно знают, что давить на меня бесполезно. Судьи, рассматривающие дела, независимы даже и от председателя городского суда».

И только благодаря этому принципу она смогла «выжить в суровых столичных условиях». На официальном сайте Мосгорсуда Егорова не постеснялась публиковать опровержения лживых публикаций о деятельности судов: о предвзятом отношении к процессам, об оставлении без рассмотрения об отмене договора дарения и признании сделки купли-продажи квартиры одного безграмотного гражданина недействительной, или о выселении одной гражданки из принадлежащей ей по праву квартиры. И по множеству других дел, связанных с самым насущным для граждан — с крышей над головой, по которым якобы принимались решения в пользу мошенников и коррумпированных чиновников, которым выносились оправдательные приговоры.

И по странным решениям о признании нарушений подписки о невыезде некоторых граждан не существенным, так как все они не сбегали из России и не предавали Родину, так как возвращались. Мосгорсуд с честью выдерживал все нападки и обвинения в «душевнобольном», «беспредельном» и даже «басманном правосудии». Никогда не признавал наличия «телефонного права».

А сотрудники пресс-службы Мосгорсуда вовремя обнаруживали и всех предупреждали о клонах официального сайта, на которых излагалась информация, недопустимая для характеристики в отношении подобных инстанций. Ведь подобного рода инциденты в судебной системе недопустимы.

И именно поэтому подобные слухи специально заказывались обиженными заявителями для дискредитации самой честной и порядочной инстанции, возглавляемой бескомпромиссной и стойкой женщиной. Как сказал однажды коллега «железной леди» Кантемир Карамзин: «Егорова — тётка, в принципе, приятная, не злобная и точно не взяточница.

Однако — вруха. Самая настоящая вруха, как и большинство в её окружении». Но это — не правда. Глава Мосгорсуда это опровергает как минимум такими заявлениями: «Нет уже ни «Мосгорштампа», ни «басманного правосудия». У нас есть «хорошевское правосудие», которое по определению работает хорошо.

Мы очень трепетно относимся к обществу и просим, чтобы общество так же трепетно относилось к нам. У нас нет задачи кого-то посадить и уничтожить. И обвинять судей в том, что они коррумпированные, не надо».

О политической составляющей этой фигуры ходит много легенд.

И в 2011 году ей прочили отставку после ухода со своего поста мэра Москвы Юрия Лужкова. Но тонкость политической игры позволила Мосгорсуду, в котором до отставки семья Батуриных не проиграла ни одного из почти сотни судебных процессов, реализовать проигрышные партии дело за делом.

Очень красиво была разыграна и «партия» четы Слуцкеров (экс-сенатора и его бывшей супруги). Мосгорсуд сначала принимал сторону одного, затем второго супруга. Но в вопросе раздела имущества и детей победили женщины.

Ведь любая женщина — мать, а значит — права.

К тому же Ольга Слуцкер и Ольга Егорова давно были подружками. А вот в отношении банковских систем суд всегда занимал «правильную» позицию. Потому что с такими системами в эпоху тотального беспроцентного кредитования, сориться нельзя — на благо всей судебной и не только судебной системы.

Поэтому президент «Сбербанка» Герман Греф, имеющий устойчивый спрос на высоко ликвидные судебные решения, — это святое. Ведь именно в Сбербанке многие получают зарплаты и пенсии.

А значит эта система, имеющее государственное значение, должна быть серьезно защищена. И только Ольга Егорова могла гарантировать такой уровень защиты.

Пример – финансовый спор между «Сбербанком» и известным промышленником, депутатом воронежской Думы Сергеем Поймановым.

Стороны спорят о контроле над крупным российским производителем щебня ОАО «Павловскгранит». Пойманов с переменным успехом вел судебные процессы в Воронеже, затем Герман Греф попытался перенести рассмотрение исков в подмосковный Одинцовский суд. С судьей «Сбербанк» договорился: дело рассмотрели в самый сжатый срок, присудили Пойманову выплатить 4,5 миллиарда рублей и столь же оперативно начали процесс передела собственности «Павловскгранита».
С судьей «Сбербанк» договорился: дело рассмотрели в самый сжатый срок, присудили Пойманову выплатить 4,5 миллиарда рублей и столь же оперативно начали процесс передела собственности «Павловскгранита».

Но тут в банковских бизнес Одинцовского суда вмешался Верховный суд, и вынес определение о приостановлении исполнения скандального решения. Точку в истории поставил все тот же Пресненский суд, вынеся решение о запрете торгов, на которые сторонники Грефа собирались выставить акции ОАО «Павловскгранит». Но это было ошибкой и ее исправила сама Егорова.

Дело было исправлено, а молодая коллега Егоровой была признана грубо нарушившей процессуальное законодательство. Юлия Сазонова, бывшая мировым судьей и помощником судьи Мосгорсуда, заявила однажды о «крыше» главы столичных судов в Кремле и ее любви к подхалимам. Но, по словам Егоровой, ей из Кремля не звонят, а обращения подхалимов она отрыто публикует на официальном сайте Мосгорсуда — чтобы на благодарности в ее адрес не тратили приобретенную за государственный счет гербовую бумагу.

Ныне опальный депутат ГосДумы Владимир Ресин, которые не сегодня-завтра должен сложить с себя полномочия по решению партии не в счет.

Когда он дружил с Егоровой — он был заместителем Юрия Лужкова, а потом и вовсе врио мэра столицы. Это сегодня сотрудники столичного управления ГИБДД изучают видеозапись, из которой следует, что кортеж бывшего вице-мэра Москвы, депутата Госдумы Владимира Ресина не уступил дорогу машине скорой помощи, .

Это сегодня его вызывают на допросы по уголовным делам и, возможно, самому . А в 2010 году Президиум Мосгорсуда под председательством Ольги Егоровой удовлетворил надзорную жалобу врио мэра Владимира Ресина на решение коллегии по гражданским делам Московского городского суда от 23 сентября.

Тогда суд второй инстанции признал незаконными и нарушающими конституционные прав и свободы граждан действия Управления координации деятельности по обеспечению безопасности аппарата мэра и правительства Москвы, отказавшего в согласовании проведения в Москве 20 марта «Дня гнева» в виде шествия по Тверскому бульвару и митинга на Пушкинской площади. С марта 2012 г. сначала изредка, затем все чаще стали появляться сообщения об избиениях подсудимых в конвойной комнате Мосгорсуда. На протяжении длительных месяцев со стороны провокаторов лилась клевета о том, что во всех эпизодах фигурируют электрошокер, раздевание, выведение в помещение без видеокамер и техника ударов, не оставляющая следов.

По каждому якобы факту избиения пострадавшие и их адвокаты обращались в Следственный комитет с заявлением о преступлении. Но пресс-секретарь Мосгорсуда Анна Усачева, с упорством, достойным высочайшего признания отрицала какие-либо нарушения во дворце правосудия.

А однажды активисты скандально-оппозиционного общественного движения «Синие ведерки» написали заявление в ГУВД Москвы о нарушениях при сопровождении автомобиля председателя Мосгорсуда Ольги Егоровой машиной сотрудников правоохранительного ведомства.

Это, по всей видимости, было местью двух уволенных ею мировых судей, которые были освобождены от занимаемых должностей за езду по Москве со спецсигналами. Тогда глава Мосгорсуда специально для того, чтобы другим неповадно было, создала специальную комиссию по профессиональной этике судей.

Кроме этого Егорову постоянно обвиняют в том, что по ее требованию несколько судей лишились своих должностей: Александр Меликов, бывший судья Дорогомиловского районного суда, и судья Московского городского суда Ольга Кудешкина. По словам Меликова, он был уволен за излишнюю либеральность, частое прекращение дел по согласию обеих сторон и слишком мягкие приговоры.

Судья Первого класса, кандидат юридических наук, Ольга Кудешкина была отстранена от исполнения обязанностей с формулировкой «За подрыв доверия граждан к суду.

Увольнение последовало за заявлением судьи о попытке подкупа со стороны обвиняемых и давлении «сверху».

Ольга Кудешкина и Александр Меликов обвиняют Мосгорсуд и его председателя Ольгу Егорову в давлении на районные суды:

«судьи, пытающиеся судить по закону, лишаются своих мест, удерживаются лишь те, кто принимает решения, одобренные «

сверху». Все это — лишь мала доля тех обвинений, которые пришлось отбивать Мосгорсуду. Один нахал — предатель и политэмигрант, называющий себя адвокатом Борис Кузнецов в интервью Радио Свобода заявил: «Ольга Егорова в одном из своих интервью сказала, что ей угрожали.

Это я угрожал. Да, написал в одной из своих жалоб, что эпоха правления Егоровой в Мосгорсуде когда-нибудь закончится, и вы – писал я Егоровой — окажетесь в суде в другом качестве, только защищать вас будет некому. Да никто и не захочет. Что касается Мосгорсуда, то тут у меня действительно тяжелый опыт.
Да никто и не захочет. Что касается Мосгорсуда, то тут у меня действительно тяжелый опыт. Было у меня, к примеру, одно, совсем простое дело, которое не имело никакого особого резонанса.

Рекомендуем прочесть:  Бахилы производство оборудование

Я защищал женщину-пристава, ее обвиняли в получении взятки. По делу был вынесен оправдательный приговор. Коллегия Мосгорсуда приговор отменила, а судью, который вынес оправдательный приговор, уволили – нашли какие-то мотивы.

Позже другая судья того же суда рассмотрела дело и тоже вынесла оправдательный приговор. И ее уволили, а приговор отменили. И когда дело рассматривалось в третий раз, очередной судья сказал мне прямым текстом: ” Борис Авраамович, понимаете, Егорова напрямую звонит председателю суда и говорит, что разгонит всех судей, пока не будет вынесен обвинительный приговор”.

Чем хороша в этом отношении Америка?

Судьи никогда заранее не знают, к кому попадет дело.

Собираются утром, по очереди берут папочки, которые сверху лежат, и все. Воля случая. Кому в такой ситуации звонить? Кого запугивать? А у нас все расписано и с вполне определенными целями.

Я бы не назвал это коррупцией.

Но как ни назови… Какая разница людям, которых незаконно приговаривают к разным срокам, была ли в их деле финансовая составляющая или неправосудный приговор продиктован какими-то другими мотивами?».

Этой лживой статьи, кстати, не найти в Интернете кроме как в копиях в одной из поисковых систем — ее все же удалили.

Но факт остается фактом: доля оправдательных приговоров по уголовным делам московских судах составляет не более одной трети процента от всего количества обвинительных приговоров. Значит — все доказано. А Борис Кузнецов за такую антигосударственную позицию, наказан по заслугам: в прошлом году Пресненский суд Москвы со второй попытки его заочно арестовал, хотя он и сбежал в США. И было за что: в 2007 году он разгласил государственную тайну, обнародовав факт прослушивания сотрудниками ФСБ его подзащитного.

И в то же время рассказывают, что некоторые судьи «покупают» себе места в суде аж за 1,5 миллиона долларов. Таким оказался судья Борис Гербеков, он хотел за взятку стать председателем Кунцевкого суда Москвы. Именно там рассматривалось дело бывшего префекта Южного округа Юрия Буланова о хищении им 18 миллионов рублей, выделенных из столичного бюджета на ремонт жилого фонда в Южном округе.

В коридорах столичной власти Юрий Буланов считался человеком, достаточно близким к главе стройкомплекса города, первому заместителю мэра в правительстве города Владимир Ресину. Как раз Ресину, а не кому-нибудь еще из «отцов города» опальный префект звонил, когда узнал, что возбуждено уголовное дело. Незадолго до этого он был уволен приказом столичного мэра после вынесенного замечания о неполном служебном соответствии в связи с выявлением масштабных недоделок при реконструкции парка «Царицыно».

Борис Гербеков, возглавив Кунцевский суд должен был вынести оправдательный приговор бывшему соратнику Ресина.

Но Ольга Егорова не позволила этому случиться.

Вовремя были пресечены попытки такого сомнительного назначения и виновний получил заслуженное наказание: Юрий Буланов получил 3,5 года колонии.

А Егорова с Ресиным тогда и поссорились. Навсегда. Ведь всем известно, что для того, чтобы стать судьей любого суда страны не нужно денег.

Но и одного высшего юридического образования недостаточно.

Нужен стаж работы по юридической специальности минимум 5 лет, нужно обладать нужным возрастом — быть старше 25 лет. Надо быть готовым к серьезному медицинскому обследованию, так как существует перечень из более чем 30 заболеваний, которые навсегда закрывают дорогу к судейскому креслу.

Но самое серьезное — это квалификационный экзамен, который состоит из 50-100 вопросов по каждой из отраслей права и конкурс на вакантное местно судьи. А еще надо быть абсолютно уверенным в кристальной чистоте своей биографии и биографии близких. Репутация должна быть значительно прозрачнее капли росы.

После всех проверок и собеседования на котором задают огромное количество, пристально изучают каждого кандидата, коллегия голосованием выбирает лучших из лучших, кого рекомендовать на утверждение должности. Утвержденный на должность судья — профессионал в высшей степени, чтит и уважает закон, способствовует утверждению в обществе уверенности в справедливости, беспристрастности и независимости суда.

Таким должен быть судья в своей профессиональной деятельности и во внеслужебное время.

Судья, конечно же имеет достаточно привелегий и гарантий, и находится под особой защитой, а после 20 лет стажа получает пожизненное содержание от государства. Но за это платится не малая цена.

Данный материал авторский, и является исключительным оценочным мнением автора текста, а так же правдоподобности сведений изложенных в нем Читайте The Moscow Post на 17 Августа, 21:53 03 Сентября, 17:55 21 Февраля, 14:55 01 Ноября, 14:55 13 Ноября, 14:56 Смотрите также 11 Ноября, 14:50 08 Апреля, 16:14 29 Марта, 11:18 16 Августа, 14:04 26 Декабря, 16:12 Смотрите также Самые читаемые 04 Декабря, 11:42 04 Декабря, 9:46 04 Декабря, 9:01 04 Декабря, 1:01 03 Декабря, 22:33 Политика 04 Декабря, 16:05 04 Декабря, 11:12 04 Декабря, 9:21 04 Декабря, 8:10 03 Декабря, 16:21 Экономика 21 Ноября, 17:42 19 Ноября, 15:20 16 Октября, 19:43 24 Сентября, 16:20 09 Сентября, 15:55 28 Июля, 13:40 26 Июля, 11:07 18 Июля, 14:14 18 Июля, 9:55 13 Июля, 10:28 11 Июля, 14:29 11 Июля, 11:34 10 Июня, 13:21 07 Июня, 11:07 02 Июня, 15:51 25 Мая, 9:53 24 Мая, 13:06 23 Мая, 10:26 19 Мая, 9:22 17 Мая, 10:36

Кто она – судья Егорова?

Изначально деятельность Егоровой на посту главы Мосгорсуда медиасообществом оценивалась положительно. В первой половине 2000-х годов возглавляемое ей учреждение стало реально более открытым – у него даже появилась собственная пресс-служба.

Именно при Егоровой в Москве получил развитие институт мировых судей – один за другим открылось более 400 мировых судебных участков, а сам Мосгорсуд в 2003 году получил новое современное здание. Но по мере службы началась и критика.

И не только в СМИ – правозащитники, юристы, ее бывшие коллеги находили повод пустить в нее «стрелу». В последние годы главное «обвинение» в адрес Егоровой состоит в том, что при ней зависимость суда превратилась в норму российского правосудия, а за ее влияние на исход дел «по указке сверху» столичному суду дали прозвище «Мосгорштамп». За то время, что Егорова возглавляет Мосгорсуд, получил распространение эпитет «басманное правосудие», подразумевавший управляемость московских судов и единение их с властью.

Не раз деловая пресса со ссылкой на свои источники сообщали о том, что подход к резонансным делам в ведомстве Егоровой был особым.

В частности, по распоряжению главного судьи могли распустить коллегию присяжных прямо накануне суда, а вместо нее собрать другую, которая точно вынесет обвинительный приговор. Почему обвинительный? Возможно, таков приказ или пожелание свыше. Главу Мосгорсуда называли также создательницей судебной практики, которая фактически привела к «презумпции виновности» автомобилистов.

Поводом послужило интервью одной из государственных газет где Егорова признавалась в том, что слово сотрудника правоохранительных органов всегда будет выше слова водителя:

«когда слово милиционера против слова водителя, мы верим милиционеру»

– если дословно. Говорили о Егоровой и как об авторе

«негласной директивы о том, что судья, выносящий много оправдательных приговоров, в Москве не удержится на работе»

. Может быть поэтому, статистика оправдательных приговоров при ней – меньше процента от всех дел.

Имя Егоровой часто связывали в СМИ с громкими судебными процессами, проходившими в московских судах. Нельзя, к примеру, было не заметить, что в бытность мэром Юрия Лужкова все многочисленные процессы с участием него и членов его семьи заканчивались неизменно их победами.

Сама судья объясняла удачливость градоначальника тем, что у того «очень грамотные юристы».

Только куда они делись после того, как Лужков ушел в отставку? После этого и он и его супруга суды стали проигрывать один за другим.

Участвовала Егорова и в процессах, которые вызвали широкий общественный резонанс. В частности в «деле ЮКОСа» – хотя сама судья была категорична в том, что все вынесенные по ним решения законны. Однако, источники некоторых медиа утверждали, что в 2010 году Егорова пыталась оказывать давление на судью Виктора Данилкина – как раз в тот момент, когда судья готовил приговор по второму делу бывших руководителей компании «ЮКОСа».

Однако на карьеру Егоровой это определение никоим образом не повлияло.

Судья на прослушке

Что такое система электронного правосудия и как она отразилась на участниках процесса, почему оправдательных приговоров не становится больше и в чем проблемы института сделки со следствием, в интервью «Российской газете» рассказала председатель Московского городского суда Ольга Егорова.

Ольга Александровна, вы стали печатать на сайте Мосгорсуда все ходатайства и просьбы, которые касаются конкретных дел. Ясно, что такие непроцессуальные обращения — проявление так называемого «телефонного» права. Можно повлиять на решение судей со стороны? Ольга Егорова: У нас в Москве телефонного права вообще не существует.

Ольга Егорова: У нас в Москве телефонного права вообще не существует. Я уже устала об этом говорить. Мы первые, кто начал публиковать на своем сайте все внепроцессуальные обращения.

Причем мы не просто публикуем эти обращения, но и ответы на них. Кто только не пишет: и депутаты, и уполномоченные по правам, и члены Общественной палаты. С 2011 года мы разместили на сайте десятки таких обращений.

Все полагают, что могут так или иначе оказать влияние на суд.

Но они глубоко заблуждаются. Анонимки тоже присылают? Ольга Егорова: Анонимок, конечно, много. На анонимки я не отвечаю, потому что они без подписи, но иногда принимаю во внимание.

Буквально две недели назад пришло анонимное обращение: «у вас слушается в апелляции дело: за его переквалификацию судьи Московского городского суда получат взятку. Учти, Егорова!». Вызываю судей — докладывайте, что там за дело. Выясняется, что по делу, действительно, состоялась переквалификация деяния, и от нее никуда не денешься.

Естественно, никаких взяток никто никому не давал. Но, тем не менее, другая сторона таким образом хотела повлиять на исход дела.

Знают, что я реагирую на внепроцессуальные обращения.

Реагирую быстро и правильно. Бывают сигналы, которые подтверждаются? Ольга Егорова: Да, есть. Но очень редко.

Такой случай в моей практике был больше 10 лет назад. Что стало с этими судьями? Ольга Егорова: Ушли в отставку. Поступило открытое письмо, в котором было все расписано: о чем дело, кто, сколько и за что просит.

Тогда я не стала сразу принимать решение, подумала: сначала посмотрю, подтвердится то, что написано, или нет.

И точно, все так и случилось, как написано в письме. Я собрала оперативное совещание, зачитала это открытое письмо, и сказала, что все материалы направляю в ФСБ.

После этого двое судей написали заявление, ушли в отставку, дело направили на пересмотр. Но это было в далеком 2004 году.

К сожалению или к радости, я все знаю про своих судей. Когда пишут жалобы на судью, я уже могу себе представить — от него можно такое ожидать или нет.

Мы открыты для всех и говорим: приходите и смотрите. У нас нет никаких мыслей и желаний каким-то образом скрыться от общества.

Потому что самое страшное, что можно придумать, это когда судьи берут взятки и занимаются фальсификацией.

Еще Бальзак говорил: недоверие к суду — это начало процесса разложения общества. За 16 лет, что я руковожу судебной системой Москвы, мы почистили ряды: кто ушел сам, кого выгнала. У нас сейчас очень крепкий и правильный коллектив.

Огромный массив судебных дел связан с водителями. Ситуация со штрафами, которые автомобилисты получали за искусственно созданные ловушки на дорогах, изменилась? Ольга Егорова: Вообще из года в год растет количество лиц, привлекаемых к ответственности за нарушение Правил дорожного движения.

Например, за первые полгода в Москве привлечены к ответственности 5989 человек за вождение в пьяном виде и за передачу управления пьяному водителю. За выезд на встречку — 12 982. За отказ от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения 10 265 человек.

У судей районных судов самыми распространенными нарушениями в области дорожного движения всегда были причинение вреда здоровью в связи с нарушением Правил дорожного движения и оставление места ДТП. Так вот, за полгода 2015 года по первой категории уже привлечены 986 человек и по второй — 2408. Административных штрафов, конечно, очень много.

Но таких случаев, когда, например, раньше ставили снегоуборочную машину, и люди выезжали на встречную полосу, сейчас уже нет.

Если на одном месте сразу составили 20 протоколов, то судья понимает, в чем тут дело, и возвращает ГИБДД все эти материалы.

То есть и поругать вам уже некого?

Ольга Егорова: Нет, почему же, недостатки в работе судей тоже есть.

На последнем заседании квалификационной коллегии рассматривали материалы в отношении мирового судьи — она неправильно назначала наказания по административным делам.

Как итог — судья написала заявление и ушла. Ей сказать было нечего. А все потому, что одному гражданину, который привлекался 20-25 раз в течение года, она назначала штрафы, эти штрафы он не выплачивал. В такой ситуации судье стоило задуматься о лишении водительских прав.

И таких дел у нее было много.

Может быть, жалела просто водителей? Ольга Егорова: Может, хотела облегчить себе жизнь. А может, извините, за этим что-то стоит.

Я не знаю, я же не могу к каждому в душу залезть. Кстати о жалости. В последние годы московские суды все чаще стали отказываться от ареста подследственных, заменяя меру пресечения на несвязанную с отправкой в СИЗО. Эта тенденция сохранилась? Ольга Егорова: В этом году мы сократили число лиц, взятых под стражу.

В продлении ареста тоже стали чаще отказывать. По статистике мы отказали в удовлетворении 10 процентов ходатайств, это порядка 1000 материалов. Кстати, за это нас благодарили не только те, кто не попал в СИЗО, но и руководство ФСИН.

У нас за 9 месяцев 2015 года районные суды удовлетворили 9550 ходатайств о заключении под стражу. При этом в Мосгорсуд обжалованы только 1785 постановлений.

Это говорит о том, что порядка 80 процентов согласны с избранной мерой. С продлениями такая же ситуация. Не все ходатайства о продлении суды удовлетворяют.

За последние 9 месяцев судьи отказали в продлении срока содержания под стражей 213 человек. Выросло число постановлений о домашнем аресте. За 9 месяцев мы удовлетворили 486 ходатайств о домашнем аресте.

В 252 случаях домашний арест судьи применили, заменяя другую меру пресечения. Залоги применяются реже. В районные суды поступили 9 ходатайств о залоге, все удовлетворены.

И, кроме того, в отношении 21 человека суд заменил стражу или домашний арест на залог. А оправдательных приговоров стало больше?

Ольга Егорова: Нет. Мировые судьи — у них больше всех оправдательных приговоров — за 9 месяцев 2015 года оправдали 109 человек.

Мировым судьям за это время поступило 10 754 уголовных дела, осуждено 7075 лиц.

Из этих 7 тысяч 5678 сами признали вину, их дела были рассмотрены в особом порядке. Остается 1397 лиц, которых мы судили, и из этого числа 109 было оправдано. Получается, что оправдательные приговоры из числа осужденных, которые вину не признали, составляют у мировых судей почти 8 процентов дел.

В Московском городском суде всегда были оправдательные приговоры, поскольку мы слушаем дела судом присяжных. В этом году присяжными оправдан 1 человек и 15 осуждены.

В районных судах ситуация сложнее. За 9 месяцев 2015 года в районных судах осуждено 16 964 человека.

Уголовные дела в отношении 11 603 человек рассмотрены в особом порядке, поскольку те признали свою вину. И из 5361 осужденных, которые вину не признали, оправданы 10 человек, это, конечно, мало. Главное в работе суда, чтобы наши решения, обвинительные или оправдательные приговоры были законными. Но вот несколько недель назад в Преображенском суде судья вынесла оправдательный приговор.

Но вот несколько недель назад в Преображенском суде судья вынесла оправдательный приговор. В отношении мужчины возбудили дело по ч.

4 ст. 111 Уголовного кодекса — это причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего. По обвинительному заключению подсудимый нанес удары по голове двум потерпевшим молотком-топориком, те от ударов скончались. Судья, рассматривая дела и оценивая доказательства, пришла к выводу, что подсудимый непричастен к преступлению, и оправдала его.

А дело направила в следственный отдел для установления лица, причастного к совершению преступления.

Пока приговор не вступил в силу, но тем не менее такие случаи в практике судов Москвы имеются. Так всегда было? Ольга Егорова: Не всегда.

Такая статистика связана и с введением в УПК особого порядка судебного разбирательства.

Нужно признать, что не все законодательные нововведения идут на пользу правосудию.

Когда изначально принимали этот закон, я возражала — за свободу могут оговорить кого угодно.

Ведь при рассмотрении дела в особом порядке наказание назначается меньше. Вот и получается, что из 17 тысяч осужденных более 11 с половиной тысяч сами признали себя виновными. А зачастую на показаниях обвиняемого, согласившегося с обвинением, строится обвинение в отношении других соучастников.

В итоге следователи плохо составляют обвинительные заключения, не утруждают себя сбором других доказательств, искусственно разъединяют дела и направляют по всем весям в разные суды. Каждый получает в разных судах приговоры якобы с применением принципа преюдиции. Ничего подобного! Мы же рассматриваем основное дело.

Если кто-то из соучастников пошел на сделку со следствием, то, я считаю, нужно направлять дела в суды и рассматривать их одновременно.

И пусть уже суд с учетом всех обстоятельств принимает решения и назначает наказание. Тогда уже можно посмотреть, кто кого оговаривает и что в этих делах происходит Часто приходится возвращать дела?

Ольга Егорова: Да, судьи возвращают много дел. К сожалению, качество предварительного расследования иногда оставляет желать лучшего.

Например, мировые судьи за девять месяцев этого года вернули 351 дело из десяти тысяч рассмотренных дел. Районные суды из 18 тысяч дел вернули 691. В Московском городском суде мы в 2014 году вернули 9 дел, а сейчас уже 25.

Следователи подписывают бумаги и даже не хотят собирать объективку, то есть доказательства, которые бы объективно подтверждали вину соучастников. А упираются в показания того лица, которое признало вину и заключило сделку со следствием. Когда законодатель такую форму судопроизводства ввел, то, наверное, думал таким образом облегчить нагрузку следствия и судов.

А на практике все получилось совсем по-другому. В целом нагрузка на судей меньше стала? Ольга Егорова: Нагрузка на судей из года в год растет и нагрузка очень большая.

Например, в месяц на одного мирового судью в Москве сейчас приходится 70 гражданских дел, 3 уголовных дела и 53 дела об административных правонарушениях.

Судья районного суда в среднем рассматривает в месяц 44 гражданских дела, 5 уголовных, 17 дел об административных правонарушениях. В Мосгорсуде нагрузка существенная. Надо заметить, что нагрузка на судей административной коллегии растет с немыслимой скоростью — сейчас на судью этой коллегии приходится аж по 144 дела.

В целом за 9 месяцев 2015 года в районные суды поступило 18 649 уголовных дел, 202 180 гражданских дела и 64 559 дел об административных правонарушениях. А мировым судьям поступило 309 159 гражданских дел, 10 754 уголовных дела и 212 854 дела об административных правонарушениях.

Резко возросло поступление гражданских дел в первую и апелляционные инстанции Мосгорсуда. На качестве это не сказывается?

Ольга Егорова: На качестве такая нагрузка тоже сказывается. Отмены решений судей у нас есть, и от этого мы никуда не денемся.

Но мы регулярно проводим семинары с судьями, готовим обобщения практики, обзоры изменений законодательства, ежегодно проводим научно-практические конференции. В структуре рассматриваемых дел что-то изменилось с кризисом? Ольга Егорова: Не скажу, что кризис как-то сильно повлиял на количество совершаемых преступлений или на их характер.

Хотя небольшое увеличение уголовных дел есть. Например, незначительно выросло число уголовных дел по фактам корыстных преступлений, но я бы не связывала это с кризисом. Преступления, связанные с наркотиками, остались на том же уровне, а вот дел об убийствах стало поменьше.

К сожалению, продолжают брать и давать взятки.

За полгода 2015 года уже осуждены 88 человек за получение взятки и 152 — за дачу взятки. Дача взяток кому? В основном гаишникам, наверное? Ольга Егорова: Да, в основном сотрудникам ГИБДД и врачам, сотрудникам ФМС и другим госслужащим.

Совсем недавно Басманный суд Москвы удовлетворил ходатайство следствия о заключении под домашний арест заместителя Хамовнического межрайонного прокурора, которая пыталась дать взятку судье Хамовнического суда, однако ей этого не удалось, а ее взяли с поличным. Эта ситуация — хороший урок для всех, кто попытается как-то оказать влияние на московских судей. Что касается кратных штрафов, насколько их возмещают?

Ольга Егорова: У нас их не так много. Кто-то частями выплачивает штраф — можно обращаться с ходатайством и рассрочить исполнение наказания на определенный период времени.

Большинство все-таки не могут заплатить многократные суммы штрафа, поэтому суды заменяют им штраф на лишение свободы. К примеру, Мосгорсуд осудил посредника в даче взятки и назначил ему штраф в пятнадцатикратном размере взятки. Сумма штрафа составила 21 миллион рублей.

Но осужденный приговор не исполнял, и судебные приставы-исполнители вышли с представлением о замене штрафа на другое наказание.

Представление было удовлетворено, судья заменил наказание на лишение свободы сроком на 8 лет. Раньше всегда считалось, что прокурор, если просит срок, то дает по максимуму, а оказалось, что московские судьи иногда дают больше, чем просило гособвинение.

Ольга Егорова: Это какое-то обывательское суждение. Изначально существовал принцип, при котором назначает наказание суд.

На то он и суд, чтоб выслушать все за и против и назначить наказание по своему внутреннему убеждению. Когда я была народным судьей и слушала уголовные дела, у меня были случаи, и я давала наказание больше, чем просил прокурор.

Немного, но были. Например? Ольга Егорова: Дерзкое изнасилование.

Женщина пошла провожать к метро свою знакомую и уже возвращалась обратно. Была зима, девять часов вечера, подсудимый, можно сказать, с улицы похитил потерпевшую. Настоящий мерзавец — изнасиловал, ножом порезал горло.

Чудом не убил. Она, бедная, седая даже стала.

Прокурор попросил, по-моему, пять лет, а я дала семь. Потому что я видела все ее переживания: она такой стресс перенесла, заикаться начала. Со мной согласилась вышестоящая инстанция — в то время Московский городской суд, сочтя приговор правильным.

Так что, назначение наказания — это всегда внутренняя оценка каждого судьи. Бывает и такое, когда прокурор просит, например, пять лет, а суд назначает два. В соответствии с законом назначает наказание только суд.

И никто другой. Как вы подбираете кадры? Ольга Егорова: Мы стараемся сами эти кадры воспитывать. Первый резерв — это помощники судей и секретари судебного заседания.

Они знают работу системы изнутри, видят все ее трудности и к моменту назначения на должность судьи в целом готовы к профессии. Если секретарь начинает свою работу с хорошим судьей, то уже никогда из судебной системы не уйдет. Молодые сотрудники видят, как судьи работают, и не видят грязи.

У меня, слава Богу, хорошие судьи, поэтому многие секретари и помощники остаются и тоже становятся судьями. Сначала мировыми, потом федеральными. А уже из районных судов беру судьями в городской суд.

Когда они приходят работать в суд, мы видим, как они работают и растут.

Помощниками становятся люди с высшим образованием.

Секретарями судебного заседания я беру студентов с четвертого курса института. И, к сожалению, с такой зарплатой при наличии высшего образования мало кто идет работать в суды.

Так и осталось 15 тысяч рублей? Ольга Егорова: Да. С учетом оклада и ежемесячных надбавок у секретарей зарплата составляет порядка 15-17 тысяч, у помощников судей — чуть больше. Мы стараемся обеспечить выплаты премий и материальной помощи аппарату.

С учетом всех надбавок и премий среднемесячная зарплата помощника судьи составляет порядка 30 тысяч и не более того.

Для столицы это, как вы понимаете, маленькая сумма, и она несоизмерима с нагрузкой. А есть те, кто приходит совсем из другой области: хотим в городской суд?

Ольга Егорова: Есть. У нас, к примеру, трудится судья, которая была юристом, как говорят, в «народном хозяйстве». Работала в банке, потом в правительстве Москвы. При этом она кандидат юридических наук, имеет блестящие характеристики.

Очень хорошо сдала экзамены и была назначена судьей в Московский городской суд.

Я поручила ей рассматривать гражданские дела — нам тоже нужны высококвалифицированные специалисты в области гражданского права.

Но, к сожалению, не все высококвалифицированные специалисты идут в суд, потому что работать в суде сложно.

Вас хвалят вообще? Говорят спасибо? Ольга Егорова: Конечно. Граждане пишут благодарности, их много, мы все благодарности размещаем на сайте. А некоторые пишут по 20 раз одно и то же, чтобы только процесс выиграть и задобрить судью.

Но мы публикуем только то, что люди написали от сердца и говорили: спасибо, ситуация, действительно, изменилась. Судьям сейчас не угрожают? Ольга Егорова: Угрожают.

Буквально несколько дней назад мне доложили об угрозе судье. Мировой судья рассмотрела дело об административном правонарушении и лишила гражданина водительских прав. Причем гражданин хотел смошенничать, но у него это не получилось, и он на судью обозлился.

Нашел где-то ее телефон и начал звонить с угрозами.

Она испугалась, но, слава Богу, центр госзащиты сработал оперативно и в этот же день гражданина нашли. Будут возбуждать уголовное дело. Защита свидетелей часто применяется?

Ольга Егорова: Да, применяем.

Вот сейчас, например, свидетель был под госзащитой, потому что дал показания против подсудимых.

Их всех осудили, и сейчас госзащита выходит с заявлением об изменении фамилии, возраста, персональных данных свидетеля, данных членов его семьи.

Человек будет жить по новым документам.

Вы на днях презентовали новую систему электронного правосудия, которая начнет работать в московских судах в следующем году. Что-то подобное в мире уже существует? Ольга Егорова: Такого ни у кого и нигде нет.

Мы проделали большую работу и в итоге запустили наш проект. Проект по развитию Комплексной информационной системы судов общей юрисдикции города Москвы.

В 2014 году у нас в Мосгорсуде состоялось несколько встреч с представителями Международного банка реконструкции и развития.

Так вот все они сошлись во мнении, что наш проект и наши достижения пока не имеют аналогов в мире. Мы хотим обеспечить системное взаимодействие судов в Москве, госорганов, граждан и адвокатов. Весь документооборот постепенно переведем в электронный вид.

Конечно, сами дела в бумажном виде останутся — другого не позволяет закон, да и здравый смысл. Но с электронными документами или видеозаписями заседаний граждане и адвокаты смогут знакомиться в своем личном кабинете.

Со временем, если будут приняты соответствующие нормы, то граждане смогут подавать заявления, иски, ходатайства также через личный кабинет.

Мы ускорим обмен информацией между судами и другими ведомствами.

Мы рассчитываем, что сократим расходы бюджета, обеспечим для граждан быстрое судопроизводство, а судьям — комфортные условия для работы. В самом проекте предусмотрено много нововведений: начиная от создания Единого портала судов и заканчивая Центром обработки данных.

К тому же за последние годы мы уже сделали немало.

И поэтому Международный банк реконструкции и развития согласился на наше участие в проекте.

Уже с 2012 года у нас функционирует система аудиовидеопротоколирования. Установлены системы для интернет-трансляций. Когда в 2012 году правительство Москвы построило апелляционный корпус, то в нем сразу же установили новую технику и новые программы.

А в 2013 году оборудовали и основное здание, где судьи слушают уголовные дела. В конце 2014 года благодаря Москве построили четыре новых здания для районных судов, они тоже оснащены по последнему слову техники. С помощью новых систем можно посмотреть, как в реальном времени рассматриваются дела.

Все слышно, картинка прекрасная: вот идет допрос свидетеля, сидит судья, участники, стоит свидетель и дает показания.

Процессуально судья предупреждает вначале всех участников процесса, что ведется трансляция? Ольга Егорова: Да, конечно. В зале установлены потолочные камеры, микрофоны — участникам все видно. Судья предупреждает, что ведется видеопротокол.

Адвокаты могут его истребовать? Ольга Егорова: Пока мы не выдаем результаты аудиовидеопротоколирования, но используем их в работе.

Когда нам поступает апелляционная или кассационная жалоба, то тогда судьи смотрят, как проходило заседание. Если, например, в жалобе указано, что подсудимому не предоставили последнее слово, не дали слово для защиты, то можно в архиве найти видеозапись и тут же посмотреть, проверить довод.

Теперь участники процесса ведут себя приличней, заявляют адекватные ходатайства, культурно все обсуждают.

И судьи знают, что в любой момент я могу включить видео и посмотреть, как они ведут процесс. Конечно, эта техника ни в коем случае не устанавливается в совещательной комнате — нарушать тайну совещания судьи никто не вправе. Когда в Бабушкинском суде установили оборудование, как-то летом я включила видео, посмотреть, как идет процесс.

Смотрю: на месте гособвинителя сидит молодой парень. Я говорю: это кто такой? — Прокурор.

— А почему без формы? Звоню прокурору: почему у тебя сотрудники в суде выступают без формы? Судья сидит в мантии, ей жарко, а прокурор в пляжной рубашке! После этого все стали приходить только в форме.

Электронное правосудие — это просто чудеса. Всех заставляет работать: и суд, и адвокатов, и прокуроров, и граждан. Конечно, если сейчас установить эти системы по всей России, судопроизводство сделает существенный шаг вперед.

Мы двумя руками за новые технологии в судах. А как долго эти записи хранятся? Ольга Егорова: Записи хранятся минимум по полгода, но мы специально ничего не удаляем.

У нас есть большое хранилище данных в Мосгорсуде, а сейчас в одном из строящихся зданий судов будет дополнительное хранилище для районных судов.

Я думаю, объема хранилищ хватит минимум лет на 15. Не нужно забывать, что технологии все время развиваются, и для хранения больших объемов информации нужны все меньшие носители.

Если раньше мы работали с дискетами, то сейчас с картами памяти, на которых помещается в разы больше информации. Это все защищено от хакерских атак?

Ольга Егорова: Когда мы с 1 августа 2013 года впервые начали слушать дела о защите интеллектуальных прав в сети Интернет, то нам поставили очень серьезные системы защиты. Нам в электронном виде от правообладателя поступает заявление о применении предварительных обеспечительных мер, мы его принимаем, рассматриваем, а решение о временной блокировке страниц направляем в Роскомнадзор. На все это уходит примерно полчаса.

Так вот, нас предупредили специалисты, что сайт будут «рушить». И действительно, на нас начались атаки из Америки, Голландии, Японии, Китая. Когда я увидела, что практически весь мир обрушился на наш сайт, и ничего не случилось, сразу стало легче.